Неточные совпадения
Правда и то, что и пролитая кровь уже закричала в эту минуту об отмщении, ибо он, погубивший душу свою и всю земную судьбу свою, он невольно должен
был почувствовать и спросить себя в то мгновение: «Что
значит он и что может он
значить теперь для нее, для этого любимого им больше души своей существа, в сравнении с этим «прежним» и «бесспорным», покаявшимся и воротившимся к этой когда-то погубленной им женщине с новой любовью, с предложениями честными, с обетом возрожденной и уже
счастливой жизни.
Она рвалась к бабушке и останавливалась в ужасе; показаться ей на глаза
значило, может
быть, убить ее. Настала настоящая казнь Веры. Она теперь только почувствовала, как глубоко вонзился нож и в ее, и в чужую, но близкую ей жизнь, видя, как страдает за нее эта трагическая старуха, недавно еще
счастливая, а теперь оборванная, желтая, изможденная, мучающаяся за чужое преступление чужою казнью.
Говорит: «Хочу его
счастливым видеть», —
значит, стало
быть, любит.
Я все не подымал на нее глаз: поглядеть на нее
значило облиться светом, радостью, счастьем, а я не хотел
быть счастливым.
Прерывать свое упитыванье, лишь начавшееся при столь
счастливых обстоятельствах, и прерывать его,
быть может, на неопределенное время для каких-нибудь деловых разговоров, это
значило бы лишить себя одного из высших наслаждений благами жизни и погрузиться на весь остальной день в самое неприятное расположение духа.
Быть счастливым для него
значило ничего не делать и, замкнувшись от мира, ублажать свою утробу.
— Я отвезу тебя, дитя мое, в Новодевичий монастырь… Там ты
будешь в безопасности… — сказал он, по окончании ее рассказа. — Это не
значит, что ты должна принять обет монашества, это
будет только временным убежищем… Скоро все изменится не только в твоей жизни, но и во всей России и наступят лучшие времена… Ты стоишь
быть счастливой.
Они
были в том «
счастливом» возрасте, который дает возможность рассуждать обо всем не только очень эгоистично, но и очень ошибочно, и им
было стыдно за то, что «она,
значит, все-таки его любила»…
Елена.
Значит, по-вашему, чтобы
быть счастливым, надо прежде ограбить кого-нибудь?
Быть бедным,
быть нищим,
быть бродягой (πτωχος
значит бродяга), это то самое, чему учил Христос; то самое, без чего нельзя войти в царство бога, без чего нельзя
быть счастливым здесь, на земле.
— И то сказать, нельзя
быть счастливым и довольным, если не чувствуешь себя на своем месте, — продолжала Елена Ивановна. — Каждый из вас имеет свою полосу, каждый из вас трудится и знает, для чего трудится; муж мой строит мосты, одним словом, у каждого свое место. А я? Я только хожу. Полосы у меня своей нет, я не тружусь и чувствую себя как чужая. Всё это я говорю, чтобы вы не судили по наружному виду; если человек одет богато и имеет средства, то это еще не
значит, что он доволен своей жизнью.
Им весело, для них судьбою
Жизнь так роскошно убрана,
А я одна, всегда одна…
Всем
быть обязанной, всем жертвовать собою
И никого не сметь любить,
О! разве это
значит жить?..
Счастливые царицы моды!
Им не изменит свет, их не изменят годы…
За что же? красота моя
Их красоте поддельной не уступит,
Жемчуг, алмазы, кисея
Морщин и глупости собою не искупит!
Но счастье их! восторга своего
Несут им дань мужчины ежечасно;
Я лучше, я умней — напрасно!
Никто не видит ничего.